Случайное миростроение: турниры
Сегодня мы можем смотреть турниры в постановке искусных каскадёров, но в них нет сердца этого спорта — напряжённой борьбы за личную славу. Они уже не способны вернуть подлинный восторг средневекового оригинала, возбуждение от зрелища в мире, где цвет и пышность были редкостью, настоящую опасность боя. Конный поединок и его идеалы принадлежат славе прошлого, страницам средневековых рукописей и прежде всего воображению, которое одно лишь способно воссоздать эти необыкновенные праздники.
— Ричард Барбер, «Турниры»
Чтобы понять турнир, сначала нужно понять породивший его средневековый мир. В этом мире преобладали коричневый и серый, а другие краски встречались редко. Жизнь состояла из вечного труда и борьбы. Музыка за пределами народных выступлений была редким и драгоценным развлечением. Яркие краски и большие музыкальные представления оставались роскошью, доступной немногим.
Неудивительно, что турниры и сопровождавшие их празднества пользовались величайшей популярностью. Их ожидали все слои общества, а зрители приходили издалека. В противоположность окружающей действительности турнир создавал самодостаточный мир ярких впечатлений: опасный спорт, требующий мастерства; яркие цвета; пышность и церемонии.
Но турнир был не просто развлечением для толпы. Он занимал центральное место в жизни аристократии. Идеалы турнира были идеалами рыцарства, а турнирные умения — теми же, каких требовали от рыцарей, стоявших в центре феодального порядка. Турниры являлись политическими и общественными событиями огромной важности, и порой на кону в буквальном смысле стояла жизнь и смерть.
Сегодня турнир — один из самых ярких образов средневековой жизни в массовом сознании, увековеченный историями от короля Артура и «Айвенго» до «Истории рыцаря». Поэтому неудивительно, что он может сыграть роль и в кампании D&D. Сделайте турнир фоном приключения или самим приключением — и принесите весь его азарт за игровой стол.
История турнира
Существует несколько полулегендарных рассказов о первом турнире. Одни говорят, что он проходил в легендарном Колизее перед императорами Рима. Немецкие хронисты называли первым устроителем турнира Генриха Птицелова, правившего Священной Римской империей с 918 по 936 год. Другая история ведёт ко двору короля Артура. Пожалуй, самый правдоподобный рассказ приписывает первый турнир Жоффруа де Прёйи, действительно составившему древнейший из сохранившихся сводов турнирных правил.
Большинство этих историй придумали средневековые учёные, пытавшиеся восполнить пробелы в своих знаниях о прошлом. На деле указать «первый турнир» — скорее провести условную границу, чем найти изобретателя.
Турнир вырос из разнообразных примитивных военных упражнений и показательных выступлений. Вероятно, важнейшей границей между старыми формами и будущим турниром стало превращение кушированного копья в боевое оружие. Конные рыцари, обрушивавшиеся на врага с зажатым под мышкой копьём, могли причинить невообразимые прежде опустошения — но лишь если отряд согласованно проводил атаку и восстанавливал строй. Новое копьё породило новую тактику конных построений; она потребовала группового обучения, затем совместных учений, а эти учения со временем превратились в знакомый нам турнир.
Однако древнейшее употребление слова «турнир» относилось не к формальному конному поединку, с которым оно связано сегодня, а к меле — грубой свалке, отличавшейся от настоящего боя главным образом целью: пленить, а не убить. За пленных обычно требовали выкуп, как и во время войны. Позже появились «безопасные зоны», где участники могли передохнуть и пообщаться.
В виде почти нерегулируемой драки турнир часто запрещали и церковь, и король — не в последнюю очередь потому, что он регулярно заканчивался ранениями и смертями. Но, несмотря на бесконечные светские и религиозные запреты, турниры оставались чрезвычайно популярны. Рыцари нередко отправлялись в другие королевства, чтобы обойти запрет и состязаться там.
Эту взрывную популярность отчасти объясняет симбиоз турниров и зарождавшейся куртуазной литературы. Рыцарские романы идеализировали доблести рыцарства, особенно проявленные на турнирах. Успех романов увеличивал популярность турниров, а популярность турниров — популярность романов.
Романы породили и первых «суперзвёзд» турнирного мира. Такие бойцы, как Уильям Маршал — рыцарь низкого происхождения, чьи турнирные успехи сделали его протектором Англии при Генрихе III, — прославились благодаря рассказам о своих подвигах. Одновременно турнир стал способом, которым безземельный рыцарь мог обрести богатство без торговли, которая считалась для рыцаря зазорной.
Сочетание богатства и престижа вскоре принесло турнирам официальное признание. В 1194 году английский король Ричард I назвал пять разрешённых турнирных площадок в Англии. Его указ также требовал от рыцарей получать грамоты на устройство турнира и участие в нём. Иными словами, указ формализовал турниры, ввёл разумные правила проведения и дал королю новый источник дохода от платы за грамоты.
Другие страны не скопировали форму указа — что, к слову, позволило английским турнирам развиваться независимо от континентальных, пока английские короли приобретали особую славу своей готовностью участвовать, — но быстро переняли его суть. Благодаря английскому примеру и ожиданиям растущей романтической и рыцарской традиции турниры на континенте тоже стали более респектабельными и управляемыми.
Респектабельность и регулирование положили конец запретам, преследовавшим турнир прежде. Большинство королей уже приняли этот спорт, а церковь, несколько успокоенная снижением числа смертей и увечий, понимала, что с его популярностью лучше не бороться. К концу XIII века турнир полностью вошёл в европейскую жизнь, а его участники стали не только знамениты, но и могущественны. Когда наследник Ричарда I король Иоанн умер, он оставил на престоле несовершеннолетнего — и Уильяма Маршала в качестве регента.
Следующие три столетия стали временем наивысшей популярности и успеха турнира. Толпы зрителей росли, и бывшая неформальная потасовка превратилась в формализованный, регулируемый спорт — развлечение знати и зрелище для масс.
Но в конце концов собственный успех предвестил гибель турнира. Необходимость развлекать зрителей вела ко всё большей пышности, сложным декорациям и разработанным темам. Со временем турнир свёлся почти к постановочному представлению или конному балету.
Он уже клонился к упадку, когда изменение характера войны окончательно сделало его устаревшим.
Проведение турнира
Исторически турниры проводили дворяне или, реже, власти вольных городов. Причина была практической: лишь они могли позволить себе огромные расходы. В фантастическом мире таких ограничений, конечно, нет. Представьте турнир, устроенный драконом на средства из его сокровищницы. Или небожителя, который спонсирует состязание, чтобы найти истинного героя. Или отряд знаменитых искателей приключений, отмечающий уход на покой турниром, оплаченным годами охоты за сокровищами.
Обычно турнир проходил после полудня, а утро посвящали церемониям и подготовке. Бывали исключения: ночные конные поединки становились волшебными представлениями из света факелов и теней. Большинство турниров длилось не один день.
Турниры бывали разными по масштабу, и крупнейшие поражали размахом. Когда Чёрный принц праздновал рождение старшего ребёнка, в сопутствующем турнире участвовали 154 лорда, 706 рыцарей и более 18 000 лошадей.
Подготовка больших турниров могла занимать годы. Приглашения буквально рассылали по всему континенту. Нужно было построить ограждённые ристалища, издать и развесить объявления с правилами, организовать дорогу и жильё.
Как празднование. Во многих отношениях турнир был просто очень большой вечеринкой и, как любая вечеринка, служил для празднования. Турниры часто отмечали рождения, помолвки, свадьбы, похороны, дни рождения, коронации, праздники, военные победы, казни, посвящения в рыцари и любые другие примечательные события. Ими приветствовали важных гостей. Особенно часто турнир сопровождал королевский въезд — прибытие монарха в город своих владений. Иногда турнир праздновал сам себя: например, его проводили в честь «первого конного поединка» дворянского сына.
Как вызов. Формальные и неформальные турниры естественно подходили для вызова. Часто вызов был дружеским, хотя его и обставляли притворной драмой: просто повод устроить турнир. Но иногда он имел смертельное значение. Турнирами разрешали распри. Между враждебными странами порой устраивали «боевые поединки» незатупленным оружием. Даже во время некоторых осад рыцари выезжали из осаждённого замка, сражались с нападавшими, а затем получали разрешение вернуться внутрь.
Как спорт. Будь то общее состязание или военная подготовка, турнир прежде всего был спортом — со зрителями, очками и призами. Турниры при праздниках почти всегда относились к этому типу.
Какова бы ни была главная причина турнира, он приносил и побочные выгоды. Устроившие его дворяне завоёвывали благосклонность толпы, а в городах за счёт приезжих оживлялась торговля и росли доходы.
Турнирные состязания
Сегодня слова «турнир» и «конный поединок» употребляют почти как синонимы, но в действительности турнир включал множество воинских состязаний. Как уже отмечалось, первые турниры появились ещё до изобретения конного поединка.
Меле. Массовый бой. Рыцари сражались поодиночке или, в зависимости от правил, делились на две и более команды. Допустимость союзов в индивидуальном меле тоже зависела от формы турнира. Иногда рыцари выступали с напарниками. Целью был захват других рыцарей ради выкупа.
В ранней форме меле представляло собой военную игру. Сражались разнообразным оружием на поле, простиравшемся на несколько километров. Границы редко отмечали; их задавали приблизительно, обычно по двум или нескольким городам: например, «турнир между Теуганом и Сейное». Единственными формальными пределами были огороженные убежища, где рыцари могли безопасно отдыхать или перевооружаться.
Со временем разрушения и ранения — вытоптанные посевы, разбитые дороги, случайно убитые рыцари — вместе с желанием сделать происходящее заметнее собравшейся публике начали сжимать пространство. Поле уменьшилось, его границы стали ясно обозначать оградой. Число участников сократилось, а затем правила часто ограничивали бой единственным видом оружия.
В поздние годы поле и число участников продолжали уменьшаться, и меле эволюционировало в индивидуальные состязания: дуэль и конный поединок.
Конный поединок. Классическое турнирное состязание, со временем ставшее центральным, а затем нередко единственным событием турнира. В самой простой ранней форме два конных рыцаря с кушированными копьями неслись навстречу друг другу, пытаясь выбить противника из седла. Каждый такой заезд назывался «сшибкой».
Изначально целью оставался плен противника. Сбитый рыцарь обычно обнажал меч и пытался также спешить соперника. Состязание продолжалось, пока один не сдавался или не терял сознание.
Постепенно правила уточнялись. От захвата отказались, для победы стало достаточно выбить соперника из седла. Обычно проводили заданное число сшибок и начисляли очки в зависимости от того, чего рыцарь добился в каждой из них. Это позволило ввести барьер — деревянный брус вдоль поля, направлявший рыцарей и повышавший успешность атак. Позднее по обе стороны добавили дополнительные ограждения, мешавшие лошадям уклоняться от барьера.
Стрельба из лука. Соревнование обычно проводили на выбывание. В первых раундах все стреляли с установленного расстояния, и наименее меткие не проходили дальше. По мере сокращения числа участников дистанцию увеличивали. Когда оставалось два-три лучника, состязание превращалось в дуэль: расстояние до мишени постепенно росло, а стрелок должен был повторить точность соперника или выбыть.
Дуэль. В отличие от фехтовальных дуэлей, в которые она позднее превратилась, турнирная дуэль проходила в полных доспехах и боевым оружием, хотя мечи иногда делали деревянными. Порой для победы нужно было силой заставить соперника сдаться или избить его до потери сознания. Но чаще бой шёл до установленного числа «попаданий».
Испытание выносливости. До того как конный поединок стал главным событием, на турнирах были распространены разные испытания выносливости: плавание, лазание, бег и так далее. Их всегда проводили как индивидуальные состязания.
Понте. Участники понте вооружались дубинами и щитами и объединялись в отряды. Это был городской, а не рыцарский спорт; команды часто представляли разные районы города. Затем проходила общая схватка с разными правилами выбывания. Позднее возникли две дополнительные формы. В маццаскудо дубина и щит объединились в один заострённый щит каплевидной формы — тоже называвшийся маццаскудо, — которым и кололи, и парировали. В батталья де’сасси в бой вступали ещё и метатели камней — ланчатори.
Если вам понравилась эта статья или у вас есть комментарии, присоединяйтесь к дискуссии в канале Telegram или сервере в Discord.