Меч на войне
За эти годы я снова и снова встречал несколько вопросов о мечах и бое на мечах. Среди них — насколько распространены были мечи на полях сражений Средневековья и Возрождения и насколько полезны они могли быть против массы копий и другого древкового оружия. Порой трудно представить, как всё это работало: у современного человека почти нет непосредственного опыта обращения с настоящими мечами, а уж массовую схватку со старинным оружием вряд ли кто-нибудь видел своими глазами. Большинство знает лишь ошибочные образы из видеоигр и кино да, возможно, ограниченный, хотя и ценный, опыт условного боя на исторических реконструкциях.
Проще всего я объясняю это так: не следует представлять пятьдесят копейщиков напротив пятидесяти мечников. Такой бой был бы односторонним. Скорее, с каждой стороны стояли бы примерно тридцать человек с копьями, десять с мечами и щитами и ещё десять с длинными мечами. Закованные в доспехи мечники старались бы сблизиться с копейщиками вплотную. В военной истории не бывало, чтобы в большом сражении друг другу противостояло строго равное число одинаково умелых и одинаково вооружённых людей. Всегда различались местность, условия, мотивация и подготовка как бойцов, так и командиров. Историческое сражение почти неизменно было делом общевойсковым, а не игрой в камень, ножницы, бумагу. Поэтому оно и называется боем.
За редкими исключениями воины прошлого не сражались по единым правилам и со стандартным вооружением. Ближний бой был делом глубоко личным, и ради выживания бойцы полагались на выбранное ими оружие, которое знали до мелочей. С современной точки зрения легко вообразить, будто мы способны придумать более разумный или логичный способ вооружить воинов прошлого. Это заблуждение — плод чистого невежества и наивности. Они знали, что делали.
Атака на непроницаемую, ощетинившуюся иглами стену плотного строя длинных копий может показаться самоубийством. Но и на другой стороне не намного легче направлять в противника длинное тяжёлое древковое оружие, когда с обеих сторон толкаются товарищи, кто-то, возможно, стоит впереди, а сзади неизменно напирают. Если вы не в первых рядах, даже увидеть приближающегося врага непросто. Кроме того, почти в любом сражении часть войск обстреливала противника из дальнобойного оружия, а другие наступали верхом.
Если вы не знакомы с силой и подвижностью крупной лошади и не испытывали, как несколько таких животных на большой скорости несутся прямо на вас, то даже не представляете, насколько инстинктивно захочется убраться с их пути. Знание, что сидящие на них люди намерены вас убить, лишь усиливает это чувство. Глупо думать, будто вы спокойно устоите на месте, ударите животное по ногам или без труда пронзите копьём его либо всадника. В следующий раз, оказавшись рядом с конным полицейским, внимательно посмотрите на огромное животное под ним и вообразите, что оно разъярено, напугано, недовольно лично вами и буквально обучено вышибать из вас дух. Затем представьте, что всадник настроен так же. Наконец, умножьте эту конную боевую машину на десять, двадцать или пятьсот. Взгляд на дело несколько меняется, не так ли?
Помимо исторических свидетельств из Греции и Рима, у нас достаточно доказательств применения на войне всевозможных одноручных и двуручных мечей. В древних армиях короткий меч и большой щит составляли обычное вооружение солдат, которые сражались в фалангах с длинными пиками-сариссами или против них. То же относилось к строям легионеров, вооружённых дротиками-пилумами. В византийской армии пехотинцам в доспехах и тяжёлым всадникам в дополнение к копью и щиту полагался более длинный одноручный меч. В некоторые периоды подобным образом поступали и в Китае. В стене щитов англосаксов строй удерживали мечами и длинными топорами не меньше, чем тяжёлыми копьями. Против них выступали тяжёлые нормандские копейщики на конях, вооружённые мечами и щитами. Сарацинские налётчики и монгольские орды предпочитали сражаться верхом на расстоянии — стрелять из лука и метать дротики, но всё же носили рубящие клинки и баклеры. Японские феодальные армии делали ставку на войска с длинными и короткими копьями, а также на массы пеших и конных лучников, что ничуть не уменьшало их желания брать на войну меч.
Позднесредневековые европейские армии всегда действовали как сочетание разных родов войск — в стычке, осаде или генеральном сражении. Возвышение тяжёлой конницы, полностью закованных в доспехи рыцарей с длинными копьями, не помешало латникам создавать всё новые разновидности всё более специализированных мечей, равно как и приспосабливать сельскохозяйственные орудия под военное древковое оружие. Меч был дорог и долог в изготовлении, требовал труда искусного оружейника и лучше всего служил после целенаправленного обучения. Древковое оружие делалось быстро и дёшево, поэтому им можно было без труда оснастить простых пехотинцев с минимальной подготовкой.
В эпоху Возрождения вернулись к строю древней фаланги. Обученная пехота, построенная в каре, могла выдержать любую конную атаку и пройти сквозь любую стену щитов. Лишь дальнобойная огнестрельная мощь со временем лишила их военной эффективности. Но и до того их польза на войне не свергла меч с престола «королевы оружия». В хаотической толчее ощетинившихся древков тот, кто прорвётся внутрь с мечом, сможет яростно колоть и рубить с ужасающей результативностью. Самый надёжный способ остановить его — ответить тем же, пустив в ход длинный нож или короткий меч.
В этой свалке несколько бойцов с большими двуручными мечами между пикинёрами и алебардистами тоже были грозной силой: под их удары попадали и кисти рук, и головы, и древки. Поэтому неудивительно, что двуручные «боевые мечи» применялись столетиями.
Отсюда возникает другой частый вопрос: если мечи настолько универсальны и эффективны, зачем вообще существовали боевые топоры, булавы и молоты? И здесь нет короткого и простого ответа. Некоторые виды оружия не только проще и дешевле производить, но и легче освоить; в руках определённых бойцов и при определённых условиях они эффективнее против конкретных целей. По той же причине существует множество видов огнестрельного оружия для разных боевых и оборонительных задач. Любопытно, однако, что свидетельств применения меча в средневековой войне больше, чем свидетельств использования топора, булавы, молота и цепа.
Другой важнейший фактор — доспех. Практически никто не отправлялся на войну без какого-либо проверенного защитного снаряжения. На поле боя меч становится ещё полезнее, когда вторую руку не нужно занимать щитом, потому что доспех защищает от большинства случайных ранений, которые иначе пришлось бы принять. Тогда меч можно держать обеими руками за рукоять для более мощного удара, а при необходимости — перехватить сам клинок и использовать оружие как короткое копьё, чтобы колоть или в тесной схватке усиливать удар, действуя мечом как рычагом. Эти обычные действия были неотъемлемой частью европейского искусства меча.
Во многих ренессансных трактатах о боевых искусствах владение мечом называется основой подготовки не только к любому одиночному бою и самообороне, но и к бою в строю. Это не изменилось и после того, как главным военным средством стало огнестрельное оружие. Даже в начале XX века меч продолжал оставаться предпочтительным дополнением к пистолету или винтовке лёгкого кавалериста. Благодаря практической пользе, традиции, символизму и связи с дуэльной культурой меч на войне пережил всё древковое оружие.
Итак, хотя на исторических полях сражений простое древковое оружие встречалось чаще, а стрелы уносили больше жизней, никто не шёл на войну без личного вспомогательного оружия для защиты в тесной схватке. Чаще всего это был меч. Причина проста: если вы метнули копьё или древко алебарды сломалось, оставалось выхватить клинок с бедра и умело пустить его в ход. Длинный или короткий, прямой или изогнутый, широкий или сужающийся — меч был незаменим на войне.
См. также: «Меч на дуэли».
Если вам понравилась эта статья или у вас есть комментарии, присоединяйтесь к дискуссии в канале Telegram или сервере в Discord.