Заклинания: паразиты разума
Когда-то магические обряды длились подолгу. Зачастую, чтобы довести обряд до конца, требовались силы целого ковена или круга волшебников. Но всё изменилось, когда волшебники (wizards) впервые открыли заклинания (spells).
Первые заклинания были опасными и нестабильными — паразитическими ужасами с первобытного протоплана, сотканного из чистой магии, меметически пожиравшими рассудок заражённых. Однако случайно или намеренно небольшой группе волшебников удалось приручить заклинания и подчинить их своим целям. Волшебники выяснили, что должным образом обученный паразит может удерживать в себе целый сложный обряд — словно мысль, сжатую до предела и готовую вырваться наружу. А затем, заразив самих себя, волшебники обнаружили, что могут высвобождать заключённые ритуалы по команде.
Магические обряды, на сотворение которых прежде уходили часы, дни и даже месяцы, теперь можно было высвободить за минуты. (А позднее, когда искусство усовершенствовалось, — за считаные мгновения.) Мир преобразился.
Разумеется, при сотворении заклинания паразит расходовался. Поэтому каждое утро волшебники готовят свежие заклинания, а затем заражают ими свой разум. Чтобы овладеть тончайшим равновесием, необходимым для удержания хотя бы одного заклинания-паразита и при этом не сойти с ума из-за его склонности пожирать мысли, требуются годы практики. Способность сохранять в таком раздирающем сознание состоянии несколько заклинаний развивается быстрее, но для идущих этим путём могущество и безумие всегда остаются в хрупком равновесии.
Прошли поколения, прежде чем заклинания-паразиты снова мутировали. Люди с богатым магическим наследием стали рождаться уже заражёнными. Женщины умирали в чудовищных, неописуемых родах… о природе и судьбе их потомства лучше умолчать. Люди боялись, что начнётся мор и вымрут целые народы.
Но и с новой формой паразитов вновь удалось достичь симбиоза. Некоторые дети рождались заражёнными, однако в остальном выглядели обычными. Одни считали, что паразиты мутировали в менее опасную форму. Другие шёпотом выражали опасения, сыпали оскорблениями и называли таких детей чумоносцами.
Со временем, однако, их стали называть чародеями (sorcerers). Волшебнику приходилось тщательно готовить каждое заклинание, прежде чем заразить им себя. У чародея же паразиты кишели в самой крови, и он мог на ходу решить, какой магический удар обрушить на врага. Некоторые обнаружили, что способны буквально «выжечь» инфекцию, потратив паразитов в сокрушительном магическом натиске. К сожалению, не все такие вспышки удавалось контролировать. Другие же чародеи поняли: если не выжигать весь потенциал носимых паразитов, можно поддерживать своеобразный симбиоз — каждый день паразиты вновь набираются сил.
Одни говорят, что мир стал лучше с тех пор, как маги овладели этими искусствами в совершенстве. Другие по-прежнему настороженно следят за чумоносцами, опасаясь ещё большего ужаса, который может возникнуть из пожирающих мысли червей, что без помех копошатся в сознании каждого мага.
А кто-то шепчет, что заклинания — лишь низший разряд существ с далёкого протоплана магии. Если так, какие же великие ужасы можно выпустить из подобного места?
Если вам понравилась эта статья или у вас есть комментарии, присоединяйтесь к дискуссии в канале Telegram или сервере в Discord.