Образцовые эльфы: проектирование игрового мира
В прошлый раз, в заключительной части моего разбора четырёх принципов проектирования игрового мира, я рассуждал о нечеловеческих расах D&D и о том, почему полулюдям в особенности недостаёт облика по-настоящему самобытных культур. В продолжение той статьи я попробую описать две культурные группы эльфов — лесных и высших. Обе по-прежнему отражают игровую механику расы, но при этом не уступают реальным человеческим культурам в своеобразии, сложности и выразительности. Однако сначала я хотел бы рассмотреть несколько общих особенностей эльфов и некоторые проблемы их представления в нынешней редакции.
Работа Стора. Лицензия Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 2.5.
Переосмысливаем эльфов
На мой взгляд, две особенности эльфов позволяют глубоко понять их культуру в целом. Первая — эльфийское долголетие — почти не влияет на игровую механику. Зато вторая, владение несколькими особенно эффективными видами воинского оружия, имеет огромное значение и для культуры, и для механики. Начнём с того, как долгая жизнь может влиять на эльфийскую культуру и заставлять нас пересмотреть некоторые основополагающие допущения игровой механики.
Загадка эльфийской компетентности
Чтобы по-настоящему запустить этот процесс, начнём с особенности, которая сильнее всего отличает эльфов от других рас: с продолжительности их жизни. Долголетие может почти не влиять на собственно игровую механику, но я далеко не первый поклонник фэнтези, утверждающий, что жизнь длиной в сотни лет вместо нескольких десятилетий неизбежно должна фундаментально отличать эльфов от людей. Это различие не обязательно отражать в механике, однако оно способно заметно повлиять на то, как Мастера и игроки толкуют правила и описывают их проявления в игре.
Прежде всего — и эту мысль я встречал уже не раз — трудно поверить, что эльфы бывают низкоуровневыми или даже просто заурядными. Дело не только в долголетии, но и в занятиях, которые мы обычно связываем с эльфами. Среди них нет крестьян. Я не могу вспомнить ни одного описания эльфа как обычного, заурядного простолюдина. Мне сложно представить эльфа за стиркой или выпечкой хлеба, не говоря уже о копании в земле. Эльфы загадочны и опытны; каждый из них хранит древние знания и умения. Мне кажется, раса что-то теряет, когда её низводят до обыденности. Не будет большим преувеличением сказать, что у всех эльфов, вероятно, есть уровни классов (class levels). У эльфов просто есть класс!
Это осознание даёт прекрасную отправную точку для переосмысления их культуры. Эльфы — не обычные обыватели. У каждого из них есть глубокий запас талантов и навыков, накопленный за сотни лет, в том числе уровни классов или, для NPC, равноценный набор действий и особенностей. Как может существовать такое общество? Разве им, как и всем остальным, не нужны простолюдины, чтобы выращивать овощи и стирать носки?
У меня есть два возможных объяснения этого кажущегося противоречия, и оба вполне могут действовать одновременно.
Во-первых, многие повседневные задачи — например, добычу пищи и изготовление орудий — эльфы могут решать совсем иначе. Вместо того чтобы каждый год пахать, сеять и жать, лесная эльфийка могла высадить по всему лесу сотни деревьев и разбить участки с дикорастущими травами. Она не возделывает землю: она собирает плоды с деревьев, посаженных и взращённых ею за многие столетия; добывает оленей из стада, за которым следила и численность которого регулировала десятилетиями; сама создаёт искусные инструменты, подогнанные под её руки и только под них. Она самодостаточна и независима, но вовсе не примитивна и не оторвана от общества. Другие живущие поблизости эльфы могут торговать с ней, если у неё лучше орехи и ягоды, но не хватает оленины. Я представляю общество охотников и собирателей, достигшее вершины развития, недоступной людям и другим расам, — и оно кажется идеальным воплощением эльфийской природы.
Во-вторых, семья высших эльфов легко могла бы с помощью магии справляться с большинством этих надоедливых бытовых дел. В конце концов, в каждом из них есть хотя бы искра магии. Другие высшие эльфы могут держать слуг — низших существ, которые зависят от эльфа как от господина и защитника и обеспечивают его всем необходимым в обмен на покровительство или хотя бы ради того, чтобы не навлечь на себя его возможный гнев.
Оба пути — самодостаточность и роль благородного господина — как нельзя лучше подходят эльфийскому характеру, и их легко сочетать. Возможно, лесной охотнице служит примитивное племя гоблинов, делящее с ней лес. Она поколениями приучала их исполнять её волю и посредством отбора искоренила самые неприятные и антиобщественные черты. Они считают её лесной богиней, поклоняются ей и боятся её, приносят в дар собранные овощи и грубые поделки.
Во всех этих примерах описанные эльфы, скорее всего, получают уровни классов в ходе обычной жизни. Возможно, за первые несколько столетий охотница приобретает несколько уровней рейнджера (ranger), а затем — несколько уровней друида (druid), всё теснее срастаясь с лесом, в котором живёт, и превращаясь в важную часть его экосистемы.
Разумеется, эта логика естественно приводит к новой загадке: почему тогда не все эльфы — герои 20-го уровня? Прежде всего, полагаю, эльфы не торопятся набираться опыта — времени у них предостаточно. Например, отряд эльфийских искателей приключений скорее будет сражаться с группами противников меньшего уровня, чем искать испытания, всерьёз угрожающие их жизни. В конце концов, на развитие в выбранном классе у них есть десятилетия. Зачем принимать вызов, который с равной вероятностью убьёт тебя или отточит твои навыки? Эльфийский путь — продвигаться понемногу. Безумный риск оставьте людям и другим короткоживущим расам. Кроме того, эльфы вполне могут достичь момента, когда им просто не удастся найти достаточно испытаний, позволяющих проверить себя и чему-то научиться. Мир не кишит древними драконами, только и ждущими, чтобы одарить опытом высокоуровневых искателей приключений. Рано или поздно эльфийским героям может стать не с кем сражаться — или придётся век-другой подождать появления достойной угрозы.
Вторая причина, по которой не все эльфы достигают эпических уровней, состоит в том, что они, как правило, не специалисты. По природе и по собственному выбору они дилетанты. Посвятить все свои столетия одному пути или таланту, наверное, было бы ужасно скучно. Куда разумнее некоторое время побыть волшебником (wizard), параллельно развивая навыки садоводства, совершенствуя игру на лютне и изучая пути миграции местных птиц. Когда магия наскучит, можно отточить боевые умения и заодно овладеть целым рядом способов приготовления блюд с мёдом. Такой образ жизни вполне согласуется с тем несколько легкомысленным нравом, которым часто наделяют эльфов. Хаотичные по природе, они почитают индивидуальность и свободу выбора. С детства эльфов поощряют не скрывать свою чудаковатость и быть особенными маленькими радугами. Они идут собственным путём — скорее даже несколькими путями одновременно — и получают для этого немало поддержки и обучения. Многие занятия, которыми они когда-либо увлекались, могут никогда не появиться в листе персонажа, поскольку не относятся к «механизму игрового баланса». Но это не должно мешать игроку записать, что его эльфийка знает все эти пути миграции и уйму рецептов блюд с мёдом. Эльфы превосходно умеют делать множество вещей, но меньше других рас сосредотачиваются и специализируются, поэтому могут осваивать классовые таланты гораздо медленнее короткоживущих неэльфийских искателей приключений. Тем отведено так мало времени, что они не замечают птиц, рассветов и прочих мелочей, стремясь овладеть одним самым важным делом прежде, чем умрут.
Что до эльфийских детей, следует предположить, что рождаются они довольно редко: иначе рост населения эльфов был бы ошеломляющим. Согласно «Книге игрока» (Player’s Handbook, PHB), эльфы становятся взрослыми лишь в сто лет. Долгое же это отрочество. Представьте эльфийского родителя-наседку, который целое столетие готовит ребёнка к выходу в большой мир. Этот ребёнок не будет персонажем 1-го уровня. У него уже найдётся несколько уровней — вероятно, в паре разных классов. Это помогает объяснить склонность эльфов к мультиклассированию (multiclassing) и воинам-магам (fighter-mages). Хаотичная природа делает их переменчивыми, а долгая жизнь позволяет овладевать множеством навыков.
И всё же низкоуровневых эльфийских персонажей нужно как-то объяснить, даже если вы измените представление о мире и сделаете всех эльфов-NPC высокоуровневыми. Обычное оправдание — молодость. Мне встречался довод, что из-за долгой жизни эльфы должны учиться медленнее: жеребёнок начинает ходить через несколько минут после рождения и полностью вырастает за пару лет, тогда как человеческому ребёнку нужен год, чтобы научиться ходить, и почти два десятилетия, чтобы повзрослеть. Согласно этой теории, эльфийскому ребёнку потребуется век, чтобы освоить всё, что умеет взрослый человек. Но меня этот довод не убеждает. Он превращает эльфийских детей в жалких глупцов, которым нужны десятилетия, чтобы научиться ходить. Для меня уже это не проходит проверку здравым смыслом: от мысли дурно пахнет. Но куда серьёзнее то, что при медленном развитии эльфов взрослые эльфы тоже должны получать уровни с ледниковой скоростью. Примите эту логику — и придётся согласиться, что эльфам нужна собственная, более суровая таблица очков опыта (experience point table).
В своих кампаниях я решаю эту дилемму так: предлагаю вводить эльфийских персонажей игроков на замену погибшим героям или как новых персонажей в высокоуровневые группы. Мне нравится, когда они начинают уже с несколькими уровнями и могут сразу воплотить ту эльфийскую загадочность, которая составляет самую суть их природы.
Однако запрещать игроку начинать эльфом с низкого уровня я тоже не хочу. Однажды на разовой игре мне достался низкоуровневый эльф, и я придумал один приём. Я отыгрывал его заржавевшим, потерявшим форму и растерявшим навыки после десятилетий изготовления луков. Он много лет не бывал в походах, поэтому ему требовалось время, чтобы вернуть былую сноровку. Получая уровни, он не осваивал новые умения, а вспоминал старые. «Ах да, — говорил он, — вот как стреляют двумя стрелами сразу. Не могу поверить, что так долго не мог вспомнить!» (Примечание: Греггор Грип-Уайт, NPC, прежде представленный на этом сайте, создан на основе сходной идеи: вспоминать, а не учиться.)
Получилась отличная зацепка для образа персонажа и, как мне показалось, удачный компромисс с проблемой врождённой эльфийской компетентности. Это пример «хака колорита» (flavor hack) — сюжетного объяснения, которое помещает игровую механику или правило в новый контекст, не нарушая его. Такой подход позволяет эльфу-персонажу начать с низкого или даже 1-го уровня, но набираться опыта с той же скоростью, что и остальные участники группы. Заржавевший эльф просто возвращает навыки, которыми не пользовался век или даже дольше, а на восстановление рефлексов и прежнего мастерства нужно немного времени и практики.
Среди эльфов нет некомбатантов
Ещё одна интересная черта наборов особенностей лесных и высших эльфов — владение длинными и короткими мечами, а также длинными и короткими луками. Безусловно, это приятное преимущество, отражающее традиционное эльфийское оружие и пантеон. Но, на мой взгляд, оно также помогает объяснить одну важнейшую особенность эльфийской культуры.
В большинстве фэнтезийных миров эльфы сильно — нередко подавляюще — уступают численностью соседним злобным чудовищным расам, а также людям и прочим потенциальным угрозам. Я уже утверждал, что даже «обычные» эльфы, скорее всего, превосходят уровнем рядовых воинов большинства рас, и это отчасти объясняет их выживание. Но думаю, что расовое владение оружием указывает на основополагающую культурную особенность, которая тоже помогает понять, как эльфам удаётся выживать и процветать во враждебном мире, полном чудовищ.
Мы уже установили, что детство у эльфов длится долго и сопровождается дополнительным обучением. Часть этого обучения посвящена традиционному эльфийскому оружию — мечу и луку. Для расы со стандартным бонусом +2 к Ловкости (Dexterity) это оружие действительно разумно, хотя рапира, вероятно, подходит лучше длинного меча. Короткий меч можно держать в каждой руке, добавляя Ловкость к броскам атаки обоими мечами и к урону хотя бы основным. Луки естественным образом используют Ловкость.
Отсюда следует ещё одна связанная с боем мысль об эльфах и причинах, по которым уровни классов могут быть почти у каждого из них. Она прекрасно сочетается с наследием воинской подготовки. Эльфы живут так долго, что смерть от старости для них на самом деле должна быть большой редкостью. Если прожить достаточно долго, рано или поздно случится несчастный случай, война или иная угрожающая жизни беда. Некоторые короткоживущие расы могут об этом забывать и пренебрегать боевыми навыками и подготовкой. Но за первые несколько сотен лет каждый эльф успеет пережить войну и столкнуться с возможностью насильственной смерти. Поэтому эльфы не тревожатся о смерти от старости — они боятся погибнуть в несчастном случае или от насилия. С первым мало что можно поделать, зато все они могут подготовиться к бою на тот случай, когда, а не если он станет необходим.
Кроме того, эльфы сохраняют физическую форму и способность сражаться на протяжении значительной части своей и без того долгой жизни. Даже если они взрослеют лишь к ста годам, юношеская сила и бодрость остаются с ними на столетия. Старые ветераны, участвовавшие в дюжине кампаний, по-прежнему физически крепки. Древние эльфы, за плечами которых века жизни, всё ещё полны сил, деятельны и способны защищать родные земли. Поэтому любой эльф — мужчина или женщина, молодой или старый — представляет собой вполне серьёзного потенциального бойца. Как нет у эльфов крестьян и простолюдинов, так нет и некомбатантов.
Эльфы способны сражаться, выживать и побеждать, потому что каждый эльф — воин.
Это вполне разумно и находит параллели в других обществах, живущих во враждебном окружении и уступающих соседям численностью. Вспомните Израиль с его обязательной военной службой для мужчин и женщин. У эльфов она тоже есть, и, вероятно, это ещё одна причина, по которой им чужды гендерные предрассудки других рас. Да, их главное божество андрогинно, но тот факт, что каждая эльфийка вполне способна защитить себя, тоже сильно ограничивает эльфийскую мизогинию.
Вероятно, это также означает, что для эльфов любая война становится тотальной. Они могут подчинить борьбе всё общество и наверняка успеют накопить запасы. Заговоры (cantrips) высших эльфов и умение лесных эльфов действовать скрытно дадут им впечатляющие преимущества в излюбленной ими тактике налётов и засад. Вероятно, они будут действовать подобно другим культурам, которые значительно уступают врагам численностью, но превосходят их военной выучкой. Я легко могу представить эльфийскую культуру, похожую на классическую Спарту. Все её представители прекрасно обучены и по отдельности сильнее среднего противника. Они способны удерживать территории куда обширнее, чем можно предположить по их численности, или даже, подобно Спарте, заставить целые подвластные культуры выполнять за них грязную работу. Если задуматься, это вновь возвращает нас к мысли, что среди эльфов нет крестьян.
Эйнолар и Куэлан
В следующий раз я разовью эти наблюдения о том, как расовые особенности эльфов могут влиять на их культуру и на игровое воплощение эльфийских персонажей. Для этого я опишу две разные культуры — лесных и высших эльфов, — основанные на отмеченных в этой статье долголетии и боевых способностях, а также на других выводах из базового описания расы. Напоследок оставлю краткий анонс каждой.
Эйнолар — лесные хранители, культура лесных эльфов
Эйнолар (ай-НОУ-лар) властвуют над лесными землями, которые оберегают и сохраняют. Представители этой глубоко анимистической культуры почитают природу и смену времён года, а не каких-либо персонифицированных богов, и превратили охоту и собирательство в искусство. Тысячелетиями отбирая и прививая деревья и растения для создания ботанических чудес, они наслаждаются щедрым разнообразием пищи и множеством видов сырья, позволяющих предаваться страсти к ремёслам и народному искусству. Они живут семейными и племенными кланами, а немногочисленные политические решения принимают демократическим консенсусом. Их власть простирается на огромные области малонаселённого леса, и для защиты своих жизней и священных рощ они используют эшелонированную оборону.
Куэлан — назначенные, культура высших эльфов
Куэлан (КУЭЛ-ан) — наследственная аристократическая основа обширного многорасового государства. Их власть по большей части благожелательна, а другие расы в их владениях получают некоторое политическое представительство во втором выборном собрании. Особенно тесные отношения связывают Куэлан с ещё более многочисленной группой полуэльфов — потомками уцелевших жителей разорённого человеческого королевства, которые тысячи лет назад нашли убежище в их границах. И всё же положение Куэлан и их господство над государством гарантированы исключительным мастерством в магии и военном деле, благодаря которому они защищают рубежи державы от любых угроз.†
Если вам понравилась эта статья или у вас есть комментарии, присоединяйтесь к дискуссии в канале Telegram или сервере в Discord.